1 мая 1945 года бойцы Красной армии Алексей Берест, Михаил Егоров и Мелитон Кантария совершили невозможное: под свинцовым дождем установили штурмовой флаг 150-й дивизии на куполе Рейхстага.
Цель-призрак в осажденном Берлине
Стратегически Рейхстаг не был ключевой точкой обороны — немецкое командование укрылось южнее, в бункерах у имперской канцелярии. Но гигантское здание парламента, пусть и обесцененного нацистами, стало символом, за который стоило умирать. Каждый квадратный метр его крыши простреливался, а ступени главного входа покрывали тела павших.
Ад на высоте 75 метров
«Взрывы раскалывали воздух, осколки звенели о каменные грифоны. Кривой каркас купола торчал, как ребра мертвого великана», — вспоминал генерал Шатилов. Солдаты карабкались по железным перекрытиям, сжимая древко окровавленными руками. Последние метры преодолевали на инстинктах: Егоров позже покажет дочери шрамы от разбитого стекла, впившегося в ладони.
Фотография, изменившая историю
Кадр Евгения Халдея облетел мир, но правда оказалась жестче. 2 мая, когда дым рассеялся, фотограф нашел трех случайных бойцов для постановки. Редакторы «вылечили» снимок от лишних деталей: часовые ремни на обеих руках красноармейца аккуратно исчезли под иглой ретушера.
Тени забытых знаменосцев
Еще 30 апреля группа лейтенанта Сорокина ворвалась в Рейхстаг с самодельным флагом из матрасной ткани. «Выбросили полотнище в окно, будто вымпел тонущего корабля», — рассказывал Иван Лысенко. Эти знамена сгорели в огне артобстрелов, а их создатели остались в официальных документах как «ошибочно упомянутые».
Цена одной строчки в наградном листе
Звание Героя СССР получили лишь Егоров с Кантарией. Бересту вручили орден, реабилитировав посмертно только в 2005-м благодаря Ющенко. «Мы торопились закрепить победу любой ценой», — оправдывался полковник Зинченко, чьи донесения породили путаницу со знаменосцами.
Источник: rbc.ru
